gregorkon.wordpress.com (gregorko) wrote,
gregorkon.wordpress.com
gregorko

Category:

«БАРЖА СМЕРТИ» ИДЕТ В САМАРУ


первые баржи смерти в России были созданы белыми на Волге

До сих пор в сети кто-то обсуждает последний фильм Никиты Михалкова «Солнечный удар», между тем, недавно случайно узнал, что первые «баржи смерти» появились летом 1918 года на Волге и связаны с Самарой. Были они делом рук чешских карателей и тех белогвардецев, которых чехи назначали на такие суда командовать.

Об этом прочитал в редкой букинистической книге Ивана Черкасова «Волга в огне», изданной в Саратове в 1963 г. Это мемуары, запрещенные в СССР дважды — в 1930 и 1960 годах и поэтому неизвестные широкой публике.

Иван Черкасов — герой войны

Немного об авторах — Иван Трифонович Черкасов, герой 1 Мировой войны, после развала Кавказского фронта в 1918 г. примкнул к большевикам и в родном Хвалынске работал в ЧК, командовал артиллерией на Волжской флотилии, потом окончил вуз, стал руководителем в народном хозяйстве, дорогу в литературу ему дал известный писатель Александр Серафимович в 1927 году. Книгу написал в содружестве с писателем Алексеем Костериным (это друг писателя Артема Веселого).

Иван Черкасов похоронен в Москве

Что интересно в этой книге — в ней подробно описываются те бои, которые шли на территории современной Саратовской губернии между белогвардейцами (войсками самарского КОМУЧа) и белочехами с одной стороны и красными, которых поддерживали бойцы-интернационалисты.

Хвалынск до революции

Особое место в мемуарах Черкасова отводится «барже смерти», на которую в июле 1918 года в захваченном белыми Хвалынске отправляли всех несогласных с КОМУЧЕМ, потом после отступления белых из Хвалынска эту баржу отправили сначала в Сызрань, а потом в Самару.

К сожалению контента этой книги в рунете нет (боюсь ее экземпляры в советских библиотеках просто уничтожались), поэтому отдельные места из нее я выложу в блоге:

— …Хвалынск пал (июль 1918 г.). Купцы, крупные судовладельцы, кулаки, царские и земские чиновники, эсерствующая интеллигенция, попы и монахи встречали белогвардейцев с хлебом-солью. Все церкви выбивали пасхальный трезвон. Торгашеский, поповский, кулацкий Хвалынск праздновал свое освобождение.

В честь такого праздника началось жертвоприношение. Не один десяток красногвардейцев пал в тот день, на улицах города под свист, звериное рычание и под пасхальный перезвон во всех церквях.

Вот Вася Шумкин, бывший георгиевский кавалер. Три креста получил он за веру, царя и отечество. Но, несмотря на это или именно за это его травили, как бешеного пса, гнались за ним толпой. А когда прижали к запертым воротам, офицер с холодной мстительной улыбкой застрелил из нагана.

Хвалынск

Павлушка Войнов спрятался, но кто-то его выдал. Толпа вывела его на улицу передала белогвардейцам. Повели Павлушу за город. Толпа шла сзади и улюлюкала.

— Беги вперед, стрелять не будем, — издевались белогвардейцы.

— Нет, — сплевывая с распухших губ кровавую слюну, отвечает Павлуша. — Стреляйте в грудь… Бейте, я трусом не буду.

Били и приговаривали: Беги!

— Нет, стреляйте, чтобы все видели вашу работу!

Один ударил его прикладом в грудь. Другой замахнулся, Павлуша увернулся от удара, поднял руки, сжал кулаки — он будет защищаться. Третий выстрелил в живот. Охнул Павлуша, покачнулся, хотел что-то крикнуть. Еще выстрел — упал красный боец без звука.

— Собаке собачья смерть! — И краснощекий торговец пнул ногой труп Павлуши.

Всюду шарили белобандиты: под подвалам, чердакам, гумнам — вылавливали красногвардейцев.

Расстреляли на улице, на потеху толпе Мишу Буянова, Антона Глухова, Захарова, десятки других. Началась жестокая, изобретательная расправа торжествующей контрреволюции.

Но это были лишь первые шаги. Затем белогвардейцы поставили у города баржу. И до сих пор рассказывают хвалынские старики своим внукам-пионерам об ужасах «баржи-смерти».


баржа смерти, картина из хвалынского музея
В ее огромные темные сырые трюмы сбрасывали всех заподозренных в сочувствии красным…. Ежедневно из трюма выводили несколько человек. Людей ставили к борту, и на этих людях упражнялись или в стрельбе, или в силе штыкового удара. Человек падал за борт. Может он был еще жив? Какая разница! Если жив — не выплывет, утонет. Где-нибудь за 20-30 верст Волга выбросит труп на песчаную косу и к трупу слетится воронье…

Когда мы погнали белых к Самаре, они взяли баржу смерти на буксир и продолжали медленное уничтожение арестованных. Потом Красная Армия выбила из и из Самары. Но и здесь белогвардейцы не оставили своих жертв. Они погрузили их в поезд. Его прозвали «поездом смерти». Сибирская магистраль до Владивостока была усеяна трупами волгарей….

В следующих постах расскажу о том, что написано в «Волге в огне» о роли чешских и других европейских карателей в баржах и поездах смерти...

PS Эта книга и факты из нее плохо известны краеведам потому что в 1938 г. Алексей Костерин впервые был репрессирован как социально-опасный элемент, отбывал срок на Колыме, реабилитирован в 1955 году, а в 1960 годах занялся правозащитной деятельностью и в октябре 1968 года (за несколько дней до смерти) исключен из КПСС парткомом московского отделения Союза писателей.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments